26 февраля 2020, среда
Областные новости
26.02.2020
Некоммерческие организации Пензенской области приглашаются к участию во втором конкурсе президентских грантов 2020 года.
26.02.2020
Завершилась 7 профильная научная образовательная смена Центра выявления и поддержки одарённых детей и молодёжи Пензенской области «Ключевский» по подготовке к интеллектуальной олимпиаде ПФО.
















  








  

 



TestsBox:
1233 онлайн теста
бесплатно!

 

75-ЛЕТИЕ ПОБЕДЫ

29.01.2020

ДАЖЕ НЕ БЫЛО ЧУВСТВА СТРАХА

Война закончилась Победой. Память цепко хранит ужас жизни города в блокаду, навечно осталось чувство голода и холода… Героиня нашего рассказа – жительница села Бикмосеевка Фатыма Апсалямовна Булатова, блокадница. В этом году 27 января наша страна отметит очередную годовщину полного освобождения Ленинграда от  фашисткой оккупации. Накануне этой даты  мы встретились с Фатымой Апсалямовной и попросили ее рассказать о тех страшных событиях в ее жизни:
«Я родилась в Ленинграде, и когда началась война, мне было всего 10 лет, а  моему брату Зиатдину – три годика. Отчетливо помню, как жители города выходили копать противотанковые рвы, чтобы в Ленинград не прорвались немецкие танки. Каждый, даже самый маленький ленинградец, вносил свою лепту в спасение города на Неве.
Настоящая осада, а с нею жуткий голод наступили в сентябре 1941-го. Ленинградцы оказались зажатыми в темном холодном каменном мешке. От голода люди ничем не брезговали, ели все, что можно и нельзя. Умирали на улицах, в подъездах, квартирах, на работе.  Зима была холодной. Мертвых никто не поднимал – просто не было сил. В домах не было ни света, ни воды. Идешь мимо покойника, и даже чувства страха нет.  Утром приезжала машина, на которую грузили тела и увозили. Детей, которые были повзрослей, в том числе и меня, отправили в так называемый лагерь подальше от военных действий. Но через месяц родителей попросили забрать нас обратно, а за кем не приедут, будут отправлять за Урал. Хорошо помню, как снаряд попал в наш дом, отца сильно ранило. Нам пришлось переселиться к знакомым. Мама уходила на работу, мы с братом ухаживали за папой. Он прожил не больше месяца. При нем нам все равно было чуть легче и не так страшно. Когда отца не стало, обижали и пугали ребята постарше, участились случаи кражи детей, в нашем городе появились «людоеды», их вылавливали и расстреливали. Однажды, когда мы с братом оказались на улице одни, чуть его не похитили, помогло только то, что я начала кричать и очень  сильно его прижала к себе, наверное, от испуга. Больше  одних на улицу мама нас не отпускала.
Еще другой случай: мама попросила меня сходить за продуктами. На обратном пути карточки спрятала, чтобы никто не отобрал, а продукты несла в руке. Когда стала подходить к дому,  почувствовала, что кто-то догоняет. Женщина, которая шла впереди, успела зайти в подъезд, а меня догнали, один ударил по лицу, другой вырвал продукты из рук, карточки не успели отобрать. Мой крик услышала женщина и обратно вышла из подъезда, хулиганы убежали. Я  плакала, домой боялась идти, ведь семья осталась голодной. Когда зашла домой заплаканная, мама сразу поняла и сказала, –  «Слава Богу, ты живая и с тобой больше ничего не произошло. Не плачь, с Божьей помощью мы как-нибудь проживем».
У родственников прожили недолго, семьи с двумя-тремя детьми было решено эвакуировать. В 1942 году мы вернулись обратно на родину. Добирались очень долго. Сначала плыли на пароходе через Ладожское озеро – ночью, без света, потом на подводной лодке. Когда нас пересаживали с парохода, все кричали, плакали, нам казалось, что всех бросают в воду. Нас просили успокоиться, говорили, что все нормально, в целях нашей же безопасности пересаживают на подводную лодку. Дальше уже оказались на берегу. После всех приключений на машинах, товарных поездах, а где пешком, добрались до Бикмосеевки, стали жить в старом доме. Нам, детям войны, выпала тяжелая участь: в селе не хватало мужских рук, и нам приходилось наравне со взрослыми работать и в поле, и на току. Возили зерно на машинах в Кузнецк на элеватор, работали помощниками трактористов».
В 1954 году Фатыма вышла замуж за соседского парня Рима Булатова. у них родились трое детей – дочери Ханифя, Муниря и сын Равиль. Всю жизнь проработали в колхозе, муж главным бухгалтером, она рядовой колхозницей.
Автор  этих строк, будучи еще  ребенком, росла по соседству с этой женщиной, дружила с ее детьми и не могла себе представить, что рядом с нами живет человек-герой, с такой сложной судьбой. Сколько помню Фатыма апу, у нее  всегда на лице улыбка, всегда приветливая. На днях,  когда я снова по заданию редакции побывала у нее в гостях, мне показалось, что она совсем даже не изменилась, все такая же добродушная, с той же улыбкой, помнит все до мелочей, как мы росли, расспрашивала даже про моих детей и внуков. 
Ей 88 лет, в данный момент живет у дочери Мунири. У нее 6 внуков и 6 правнуков. Фатыма Апсалямовна попросила поблагодарить через нашу газету депутата Законодательного собрания Пензенской области Ильдара Акчурина, главу администрации Неверкинского района Юрия Моисеева за проявленные внимание и поздравления к Дню Победы и  освобождения Ленинграда от  фашисткой блокады.
Мы в свою очередь желаем нашей героине крепкого здоровья.

Война закончилась Победой. Память цепко хранит ужас жизни города в блокаду, навечно осталось чувство голода и холода… Героиня нашего рассказа – жительница села Бикмосеевка Фатыма Апсалямовна Булатова, блокадница. В этом году 27 января наша страна отметит очередную годовщину полного освобождения Ленинграда от  фашисткой оккупации. Накануне этой даты  мы встретились с Фатымой Апсалямовной и попросили ее рассказать о тех страшных событиях в ее жизни:

«Я родилась в Ленинграде, и когда началась война, мне было всего 10 лет, а  моему брату Зиатдину – три годика. Отчетливо помню, как жители города выходили копать противотанковые рвы, чтобы в Ленинград не прорвались немецкие танки. Каждый, даже самый маленький ленинградец, вносил свою лепту в спасение города на Неве.

Настоящая осада, а с нею жуткий голод наступили в сентябре 1941-го. Ленинградцы оказались зажатыми в темном холодном каменном мешке. От голода люди ничем не брезговали, ели все, что можно и нельзя. Умирали на улицах, в подъездах, квартирах, на работе.  Зима была холодной. Мертвых никто не поднимал – просто не было сил. В домах не было ни света, ни воды. Идешь мимо покойника, и даже чувства страха нет.  Утром приезжала машина, на которую грузили тела и увозили. Детей, которые были повзрослей, в том числе и меня, отправили в так называемый лагерь подальше от военных действий. Но через месяц родителей попросили забрать нас обратно, а за кем не приедут, будут отправлять за Урал. Хорошо помню, как снаряд попал в наш дом, отца сильно ранило. Нам пришлось переселиться к знакомым. Мама уходила на работу, мы с братом ухаживали за папой. Он прожил не больше месяца. При нем нам все равно было чуть легче и не так страшно. Когда отца не стало, обижали и пугали ребята постарше, участились случаи кражи детей, в нашем городе появились «людоеды», их вылавливали и расстреливали. Однажды, когда мы с братом оказались на улице одни, чуть его не похитили, помогло только то, что я начала кричать и очень  сильно его прижала к себе, наверное, от испуга. Больше  одних на улицу мама нас не отпускала.

Еще другой случай: мама попросила меня сходить за продуктами. На обратном пути карточки спрятала, чтобы никто не отобрал, а продукты несла в руке. Когда стала подходить к дому,  почувствовала, что кто-то догоняет. Женщина, которая шла впереди, успела зайти в подъезд, а меня догнали, один ударил по лицу, другой вырвал продукты из рук, карточки не успели отобрать. Мой крик услышала женщина и обратно вышла из подъезда, хулиганы убежали. Я  плакала, домой боялась идти, ведь семья осталась голодной. Когда зашла домой заплаканная, мама сразу поняла и сказала, –  «Слава Богу, ты живая и с тобой больше ничего не произошло. Не плачь, с Божьей помощью мы как-нибудь проживем».

У родственников прожили недолго, семьи с двумя-тремя детьми было решено эвакуировать. В 1942 году мы вернулись обратно на родину. Добирались очень долго. Сначала плыли на пароходе через Ладожское озеро – ночью, без света, потом на подводной лодке. Когда нас пересаживали с парохода, все кричали, плакали, нам казалось, что всех бросают в воду. Нас просили успокоиться, говорили, что все нормально, в целях нашей же безопасности пересаживают на подводную лодку. Дальше уже оказались на берегу. После всех приключений на машинах, товарных поездах, а где пешком, добрались до Бикмосеевки, стали жить в старом доме. Нам, детям войны, выпала тяжелая участь: в селе не хватало мужских рук, и нам приходилось наравне со взрослыми работать и в поле, и на току. Возили зерно на машинах в Кузнецк на элеватор, работали помощниками трактористов».

В 1954 году Фатыма вышла замуж за соседского парня Рима Булатова. у них родились трое детей – дочери Ханифя, Муниря и сын Равиль. Всю жизнь проработали в колхозе, муж главным бухгалтером, она рядовой колхозницей.

Автор  этих строк, будучи еще  ребенком, росла по соседству с этой женщиной, дружила с ее детьми и не могла себе представить, что рядом с нами живет человек-герой, с такой сложной судьбой. Сколько помню Фатыма апу, у нее  всегда на лице улыбка, всегда приветливая. На днях,  когда я снова по заданию редакции побывала у нее в гостях, мне показалось, что она совсем даже не изменилась, все такая же добродушная, с той же улыбкой, помнит все до мелочей, как мы росли, расспрашивала даже про моих детей и внуков. 

Ей 88 лет, в данный момент живет у дочери Мунири. У нее 6 внуков и 6 правнуков. Фатыма Апсалямовна попросила поблагодарить через нашу газету депутата Законодательного собрания Пензенской области Ильдара Акчурина, главу администрации Неверкинского района Юрия Моисеева за проявленные внимание и поздравления к Дню Победы и  освобождения Ленинграда от  фашисткой блокады.

Мы в свою очередь желаем нашей героине крепкого здоровья.

Оставить комментарий